Новости и события

Мария Михайловна Федорова, доктор политических наук, главный научный сотрудник, руководитель сектора сектор истории политической философии Института философии РАН поделилась мотивами создания недавно вышедшей книги «Образ будущего в политической философии ХХ – начала ХХI в.», тенденциями и перспективами, которые были в ней затронуты.

 

О.О.: Мария Михайловна, какова была мотивация для написания книги «Образ будущего в политической философии ХХ – начала ХХI в.»?

 

М.М.: Мотивов для написания такой книги было множество. Пожалуй, самый главный из них – это необходимость осмыслить некоторое противоречие, с которым мы столкнулись в современной политической философии. С одной стороны, мир, в котором мы живем, современный мир, – это мир очень динамичный, развивающийся, в котором на наших глазах формируются новые центры сил и совершенно новые взаимоотношения – подчас конфликтные – между ними. С другой стороны, всеми признается дефицит глобальных социально-политических проектов, которыми был столь богат мир уходящий, распадающаяся эпоха Модерна. Совершенно очевидно, что линейная логика Модерна в понимании современности оказалась разрушенной неустойчивостью, неопределенностью протекающих сегодня социально-политических процессов. Философская мысль последних десятилетий была увлечена рефлексией над такими феноменами, как память и история, их ролью в формировании идентичностей (национальной, культурной, гражданской и т.п.). А размышления о таком временном измерении нашей жизни, как будущее, оказались как бы в тени исторической рефлексии и зачастую воспринимались именно как ее продолжение. Но человек так устроен, что не может не думать о перспективах своего бытия в этом мире. Поэтому мы решили показать, что тема будущего в современной политической мысли не исчезла, напротив, она актуализируется и получает новые импульсы для своего развития. Мы обратились к размышлениям о будущем наших современников или их ближайших предшественников – философов, политиков, ученых, представителей искусства, – чтобы выявить те тенденции, которые интересны, важны нам сегодняшним, причем не только профессиональным философам, но и всем тем, кого занимает и манит эта проблема. Именно поэтому мы назвали книгу «Образ будущего», а не «Проекты будущего» или, скажем, «Понятие будущего»: в отличие от проекта или понятия, требующих некоей строгости и определенности, образ неясен, неотчетлив, подвижен и более восприимчив.

 

О.О.: Какой авторский коллектив был задействован при создании книги?

 

М.М.: Авторский коллектив нашей книги – молодежный. Мне кажется, что это символично, ведь размышлять о будущем должны в первую очередь молодые люди. Наши авторы – это сотрудники и аспиранты сектора истории политической философии Института философии РАН, а также молодые сотрудники-политологи и аспиранты других секторов Института, в большинстве своем выпускники факультета политологии ГАУГН.

 

О.О.: Какова структура вашей коллективной монографии и какие главные темы она затрагивает?

 

М.М.: Мы попытались показать различные – кажущиеся нам ключевыми – аспекты и подходы к будущему, открываемые политической философией в ХХ столетии. Она открывается большой главой об утопическом мышлении, в которой мы пытались ответить на вопрос о том, чем может быть утопия в ХХI в. Является ли она проектом лучшего общества? Или интеллектуальной игрой, участники которой призваны размышлять о проекции в будущее вечных философских вопросов? Или это особый способ обнаружить пути развития общества, альтернативные тем, которым мы следуем сегодня?

 

С ответами на эти вопросы связаны и две следующие главы, посвященные будущему демократии (вторая глава) и перспективам развития капитализма в его политическом измерении (третья глава). В них речь идет о напряженных поисках альтернативных капитализму путей развития, представленных анализом раннего проекта джорджизма начала ХХ в. и новейшего течения акселерационизма, связываемого с постмарксизмом. Конечно же, если говорить о политических аспектах, то центральная проблема здесь – это проблема перспектив развития демократии, возможности излечения ее от болезней, старых и вновь приобретенных, перспектив адаптации ее к вызовам сегодняшнего, а главное – к возможным рискам будущего.

 

Четвертая глава исследует консервативное видение будущего. Традиционно консервативную идеологию связывают с попытками той или иной реставрации прошлого. Но не будем забывать, что консерватизм возникает в Новом времени как особый ответ на вызовы Современности, Модерна и как таковой несет в себе свое – особое – видение будущего и заботу об этом будущем. Авторы этой главы предлагают читателю поразмышлять о том, как в наши дни изменилось консервативное видение будущего, рассмотренное сквозь призму прошлого и традиции.

 

Наконец, пятая глава, наверное, самая яркая и образная, рассказывает нам о политических аспектах, обращенных к будущему эстетических программ, которыми было так богато начало двадцатого столетия. Это и архитектурные проекты молодой Республики Советов, и эстетические проекты итальянских футуристов, и проекты идеальных городов.

 

О.О.: Каким образом вы с коллегами определяете понятие «будущее» в контексте политической философии?

 

М.М.: Напомню, я говорила о том, что мы назвали нашу книгу «Образ будущего» в том числе и потому, что стремились уйти от какого бы то ни было однозначного определения будущего. В отличие от универсалистских проектов эпохи Модерна наш век не признает единого универсального будущего (причем обязательно лучшего будущего, как это виделось человеку, скажем, XIX века), существования некоей «единой судьбы человечества». В нашем мире существуют разные политические пространства и разные временные логики; каждый народ, каждое государство выбирают свое видение будущего и несут за него ответственность.

 

О.О.: Какие тенденции в современной политике поддерживают открытое и утопическое видение будущего?

 

М.М.: Собственно, вся современная политика, о каком бы ее уровне ни шла речь – будь то международные отношения или политика в рамках какого-то одного политического организма – это, по очень точному выражению отечественного политолога А.Ю. Мельвиля, своего рода «разбегающаяся вселенная» нелинейных траекторий политического развития. Каждому политику приходится сталкиваться и с прогрессивными политическими технологиями, и с яростными откатами назад, с прорастанием архаичных элементов (что, как показали исследования, может быть не деструктивным фактором, но, напротив, по словам М.Т. Степанянц, «мобилизацией к будущему»), с возвратным, циклическим движением и т.п. Поэтому нет и не может быть единой модели будущего, невозможно слепое заимствование даже самых передовых демократических моделей, одинаково работающих в разных типах политического пространства и времени.

 

О.О.: Каким образом ваша книга вносит вклад в дискуссию о будущем, об образе будущего?

 

М.М: На мой взгляд, говорить о каком бы то ни было «вкладе» книги, в которую хотя бы отчасти вложен и твой собственный труд, наверное, невозможно. Интерес к этим проблемам сейчас растет буквально с каждым днем. Мы, авторы, будем рады, если наши исследования послужат оживлению политико-философских дискуссий в этом направлении.

 

О.О.: Как вы видите перспективы развития политической философии в свете обсуждаемых коллективом тем?

 

М.М.: Что же касается дальнейших перспектив, то, как представляется, поле исследований и комплекс вопросов обширны. Здесь можно было бы назвать анализ самого феномена альтернативности в социополитическом развитии, возможностей и условий возникновения «брешей», по выражению Х.Арендт, или «окон возможностей» для появления радикально нового. Но это покажет будущее, которое всегда – предмет нашего выбора, которое полиморфно, неустойчиво, подвержено рискам, почти неуловимо…

 

Беседу вела Оксана Олеговна Штильман, ведущий специалист отдела научной коммуникации и популяризации науки Института философии РАН.

 

Институт философии РАН