Новости и события

22 апреля 2026г. в Синодальной библиотеке состоялась научная конференция, посвящённая 1200-летию со дня преставления прп. Феодора Студита. "Преподобный Феодор Студит и богословская полемика Византии VII-X вв"

Организаторы: Синодальная библиотека и Московская духовная академия.

Программа конференции

10:00 – 10:25 Игумен Дионисий (Шленов), наместник Андреевского ставропигиального мужского монастыря, директор Синодальной библиотеки, руководитель аспирантуры Московской духовной академии
                       Экклезиология прп. Феодора Студита

10:25 – 10:50 Дмитрий Владимирович Смирнов, заведующий научной редакцией богословия, патрологии и церковного права ЦНЦ «Православная энциклопедия»; главный библиограф Синодальной библиотеки.
                       Понятия «православие» и «инославие» в корпусе писем прп. Феодора Студита

10:50 – 11:15 Максим Владимирович Никифоров, сотрудник научно-просветительского отдела Синодальной библиотеки.
                         Прп. Феодор Студит о Божественном предведении и свободе человека

11:15 – 11:40 Олег Алексеевич Родионов, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник отдела истории Византии и Восточной Европы ИВИ РАН
                        Новооткрытые гимнографические тексты прп. Феодора Студита: попытка анализа

11:40 – 12:05 Анна Борисовна Ванькова, кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры Систематического богословия и патрологии ПСТГУ, научный сотрудник отдела истории Византии и Восточной Европы ИВИ РАН
                       Понятия μοναστής, μιγάς, μονάζων в творениях прп. Феодора Студита

12:05 – 12:30 Ольга Николаевна Изотова, кандидат философских наук, доцент кафедры Систематического богословия и патрологии ПСТГУ
                       Пастырство в письме прп. Феодора Студита Анастасию Кносийскому

12:30 – 12:55 Диакон Сергий Кожухов, доцент кафедр богословия и библеистики МДА
                       Христологическая терминология «общих» и «индивидуальных» понятий в посланиях прп. Феодора Студита

12:55 – 13:20 Диакон Михаил Гар, кандидат химических наук, магистр теологии, старший специалист Научно-исследовательского Отдела новейшей истории Русской Православной Церкви ПСТГУ
                       Обращение к наследию прп. Феодора Студита в церковной полемике конца 1920-х гг.

13:20 – 13:45 Александр Александрович Карпов, аспирант МДА, младший научный сотрудник Социологического института РАН
                       Критика платонизма свт. Фотием Константинопольским

Место проведения:

Актовый зал Синодальной библиотеки Русской Православной Церкви (г. Москва, Андреевская набережная, дом 2, Андреевский ставропигиальный мужской монастырь, корпус Синодальной библиотеки, 2-й этаж)

Обзор материалов конференции

22 апреля 2026 г. с 10.00 до 14. 00 в актовом зале Синодальной библиотеки Русской Православной Церкви (г. Москва, Андреевская набережная, дом 2, Андреевский ставропигиальный мужской монастырь, корпус Синодальной библиотеки, 2-й этаж) состоялась научная конференция, посвященная 1200-летию со дня преставления прп. Феодора Студита: «Преподобный Феодор Студит и богословская полемика Византии VII–X вв.». Конференция была организована аспирантурой Московской духовной академии и Синодальной библиотекой Русской Православной Церкви. На конференции было зачитано 7 докладов по заявленной тематике.

С приветственным словом к участникам конференции обратился наместник Андреевского ставропигиального мужского монастыря, директор Синодальной библиотеки, руководитель аспирантуры Московской духовной академии игумен Дионисий (Шленов), который, проведя исторические и смысловые параллели между скрипторием Студийского монастыря как центра духовного просвещения и монашеской аскезы кон. VIII в. и Синодальной библиотекой, особенно отметил важность объединяющего ихслужения, тесно связанного с реализацией живого опыта деятельного исповедания веры как вдохновляющего принципа в деле духовного образования.

В своем пленарном докладе «Экклезиология прп. Феодора Студита» игумен Дионисий рассматривал учение прп. Феодора в свете актуальной полемики о теории первенства в современной экклезиологии, которая происходит в поле церковно-политического противостояния, когда одна поместная православная Церковь претендует на узурпацию вселенского первенства в ущерб другим. В центре доклада —контекстуальное прочтение в свете предшествующей святоотеческой традиции на языке оригинала ключевых для понимания экклезиологии прп. Феодора Студитафрагментов изпосланий. Опираясь на принцип равенства всех двенадцати апостолов и равенства глав поместных православных Церквей в рамках учения опентархии, прп. Феодор утверждал, что первенство в Церкви принадлежит не Константинополю, иерархия которого может пасть в заблуждение, а всей соборной полноте Церкви, которая уподобляемой в святоотеческой традиции раю —чистому, непорочному и безгрешному пространству спасительного действия божественной благодати. При этом докладчик обратил внимание на то, что прп. Феодор признавал особый авторитет Римской церкви как «первой по чести» — не в институциональном смысле, а как необходимую опору для защиты веры и иконопочитания: эта модель принципиально расходится с той, которую современный Константинопольский патриархат использует для обоснования своего экклезилогического первенства в наши дни.

Доклад главного библиографа Синодальной библиотеки, заведующего научной редакцией богословия, патрологии и церковного права ЦНЦ «Православная энциклопедия» Дмитрия Владимировича Смирнова «Понятия «православие» и «инославие» в корпусе писем прп. Феодора Студита» был посвящен каноническим и богословским принципам отношения прп. Феодора керетикам и иноверцам, под которыми в то время понимались прежде всего иконоборцы. Как отметил автордоклада, принципиальный, и отчасти ригористический тон суждений прп. Феодора, может быть объяснен тем, что его взгляды были сформированыв контексте активной полемической борьбы как защитника иконопочитания и реформатора монашества со своими противниками, а также связанным с этим противостоянием разочарованием от действий церковныхвластей, во главекоторых в ту эпоху часто стояли ученые иерархи из светской среды, без духовного опыта монашеской деятельной жизни. Одна из центральных тем доклада — раскрытие богословского значения понятия «икономии», которое в трудах прп. Феодора Студита становится выражением принципов мудрого церковного управления на пути ко спасению— в противовес «ложной икономии», допускающей греховные компромиссы с властью и общение с еретиками-иконоборцами вопреки канонам и христианской совести.При этом ключевое разграничение проводится между самим фактом греха и его оправданием, которое, для прп. Феодора, гораздо опасней: например, церковное поминовение императора не означает оправдания его грехов.Практическая реализация этого принципа находит отражение в требованиипрп. Феодора отличать отпадение от Церкви по личным социально-экономическим обстоятельствам от сознательного исповедания ереси. При этом автор доклада специально отметил, что сам прп. Феодор рассматривал свои суждениякак рекомендации, а не общеобязательного закона, а епитимья понималась им не как приговор, но прежде всего как педагогическое средство, помогающее кающемуся грешнику следовать на пути к исцелению в лоне Церкви.

В докладе сотрудника научно-просветительского отдела Синодальной библиотеки Максима Владимировича Никифорова «Прп. Феодор Студит о Божественном предведении и свободе человека» были рассмотрены богословскиепредставления прп. Феодора о Божественном предведении и свободе человека на основании анализа содержания его письма к византийскому чиновнику Евдокиму (Письмо 527), праведно жившему, но потерявшему всё, ситуация которого ставит практический вопрос: имеет ли смысл молитва и добродетель, если жизнь выносит столь жестокий приговор? Прп. Феодор, утешая адресата как пастырь и богослов, разграничивает два вида предведенияв духе прп. Максима Исповедника: Бог предвидит то, что зависит от нас — наши добродетели и пороки, но не предопределяет выбора нашей воли, внешние же обстоятельства жизни: время, место, способ испытания — определяются Богом и служат средством исправления и укрепления того, что находится в нашей власти. Автор доклада подчеркивает, что темапредведения у прп. Феодора раскрывается не в абстрактно-метафизическом ключесотериологических или эсхатологических представлений, но, как это было принято в восточно-христианском богословии, в сугубо практическом аспекте — как ответ на живой экзистенциальный вопрос страдающего человека, что принципиально отличает эту концепцию как от западной латинской богословской традиции, так и от античного фатализма.

В докладестаршего научного сотрудника отдела истории Византии и Восточной Европы ИВИ РАН Олега Алексеевича Родионова «Новооткрытые гимнографические тексты прп. Феодора Студита: попытка анализа» был представлен обзорбогатого наследия гимнографической деятельности прп. Феодора. По мнению авторадоклада, это наследие, включая кондаки, каноны, ирмосы, трипеснцы, созданные преподобным для Триоди Цветной, и по настоящее время остается недооцененным должным образом: многие тексты не изданы и пребывают в исследовательском забвении. Основное содержание доклада посвященоанализусодержания относительно недавно опубликованного «Канона на попразднство Рождества прор. Иоанна Предтечи» (ок. 798–799 гг.) — рассматриваются отличительные особенности и уникальный характер нескольких тропарей, образный материал которых выделяет их на фоне схожих произведений VIII–IX вв.

В докладе старшего преподавателя кафедры Систематического богословия и патрологии ПСТГУ, научного сотрудника отдела истории Византии и Восточной Европы ИВИ РАНАнны Борисовны Ваньковой «Понятия μοναστής, μιγάς, μονάζων в творениях прп. Феодора Студита» прослеживается употребление этих терминов в предшествующей традиции, прежде всего в аскетических сочинениях свт. Василия Великого и свт. Григория Богослова, гдеони противопоставляются друг другу и отражают различные типы монашества: уединенно-отшельнический и деятельно-мирской. Основное внимание докладчикапосвящено сложно лексически идентифицируемому термину μιγάς (букв.: «смешанные»), отражающего некие переходные формы монашеского служения. По всей видимости, термин μιγάς мог обозначать монаха, живущего и служащего в миру и сочетающего подвижнический опыт с активным деятельным присутствием среди людей, — в противовес ктерминуμοναστής, который прочно ассоциируется собразом жизни, связанным с удалением от мира в рамках общежительной монашеской традиции. Прп. Феодор Студит тонко разграничивает эти понятия в своих письмах, в том числе на основании их социокультурного употребления, тем самым вписывая терминологическую дискуссию о природе монашества в более широкий контекст богословского осмысления соотношения созерцательной и деятельной форм иноческой жизни.

Кандидат философских наук, доцент кафедры Систематического богословия и патрологии ПСТГУ Ольга Николаевна Изотовав своем докладе«Пастырство в письме прп. Феодора Студита Анастасию Кносийскому» обращается кисследованию текста, представляющего собой трактат об обязанностях епископа. Автор доклада отмечает его особенную содержательную направленность, связанную с вниманиемк богословскому смыслу и внутренним задачам епископского служения, которые она рассматривает в структурном, терминологическом и историко-критическом аспектах. Особое внимание в докладе уделено содержательным и структурным аллюзиям, которые связывают данный текст с известным 3-м словомсвятителя Григория Богослова— так называемой апологией о своем бегстве от епископского служен.

Доклад доцента кафедр богословия и библеистики МДАдиакона Сергий Кожухова «Христологическая терминология «общих» и «индивидуальных» понятий в посланиях прп. Феодора Студита» был посвящен исследованию двух ключевых христологических формул, к которым в своих посланиях прп. Феодор обращается, чтобы изложить учение о двух природах, Божественной и человеческой — в единой ипостаси (Лице) Христа: «из двух природ в единстве ипостаси» и «одна природа Бога Слова воплощённого». Эти классические формулы православного исповедания восходят черезпрп. Иоанна Дамаскинаи прп. Максима Исповедника (включая его полемику сСевиром Антиохийским), к более ранней традиции. Примечательно, что прп. Феодор в разных контекстах прибегает к обеим формулам, следуя святоотеческой гибкости в зависимости от полемического контекста, будь то опровержение акефалов или аргументация в полемике против иконоборцев. Таким образом, докладчик показывает, что прп. Феодор Студит целиком остается в русле святоотеческой христологической традиции, воспринятой им прежде всего через призму Вселенского IV (Халкидонского) Cобора, богословия прп. Максима Исповедника и прп. Иоанна Дамаскина.

В докладе старшего специалиста Научно-исследовательского отдела новейшей истории Русской Православной Церкви ПСТГУ диакона Михаила Гара «Обращение к наследию прп. Феодора Студита в церковной полемике конца 1920-х гг.» показано, как творения прп. Феодора Студита парадоксальным образом оказываются связующим звеном между двумя эпохами церковно-государственных потрясений: византийской и советской,когда в острой полемике вокруг Декларации митрополита Сергия Страгородского 1927 г. обе противоборствующие стороны апеллировали к святоотеческому авторитету. Примечательно, что цитаты из посланий прп. Феодора использовались одновременно и теми, кто отстаивал строгое следование канонам и обосновывал разрыв общения с церковной властью, проводя параллели с отказом патриарха Никифора I Константинопольского, соратника прп. Феодора, от общения с еретиками, — и теми, кто занимал примирительную позицию, в частности прот. Сергием Мечёвым. Таким образом, наследие прп. Феодора Студита превратилось в своеобразное «поле боя», где один и тот же авторитет служил обоснованием диаметрально противоположных экклезиологических и канонических позиций в драматичных условиях церковно-государственной полемики кон. 20-х — нач. 30-х гг. XXв.

В заключительном слове организатор конференции, игумен Дионисий (Шленов) в живой и поэтической форме обратился к прп. Феодору, прежде всего к его памяти и молитвенному заступничеству, призвав всех участников встречи с трепетной любовью относится к теме своих научных увлечений, свободно погружаясь в своем исследовательском рвении на дно глубинных познаний, откуда только и возможно воспринять картину своих итоговых результатов в их первозданной вдохновляющей красоте.

главный библиограф Синодальной библиотеки
Петров Александр Евгеньевич

Доклад

Прп. Феодор Студит о Божественном предведении и свободе человека

Прп. Феодор, как известно, не писал специальных богословских сочинений помимо трудов в защиту иконопочитания. Поэтому в сознании Церкви он прежде всего остался реформатором монашеского общежития и защитником почитания св. икон. Его жизнь проходила в бурный период иконоборческой реакции после VII Вселенского Собора, который он всеми силами защищал. И хотя он не дожил до Торжества Православия в 843 году, его имя было внесено в Синодик Торжества Православия. А в житийной традиции прп. Феодор прославлялся как исповедник и ассоциировался с другим великим защитником церковной веры — прп. Максимом Исповедником. Так, например, одно из древних Житий прп. Феодора (т. н. Житие А) имеет ряд параллелей с Житием прп. Максима, написанным студийским монахом Михаилом Эксабулитом. И, как будет показано ниже, связь Феодора Студита и Максима Исповедника была также и на уровне богословия.

Не будучи оригинальным писателем-богословом, прп. Феодор тем не менее во многих сочинениях затрагивает богословские и канонические темы. В частности, они пронизывают его обширный корпус писем. Большинство писем прп. Феодора созданы в изгнаниях, особенно во время третьего, самого жестокого. За отправление писем разным адресатам имп. Лев V в 819 году приказал нанести прп. Феодору сто ударов плетью. Прп. Феодор переписывался с самыми разными людьми, как монахами, так и мирянами, разных сословий, состояний и положений. Его письма, уже в древности составленные в сборники, представляют собой уникальное явление для средневизантийского периода. По сути, с прп Феодора эпистолярный жанр стал вновь развиваться. Как исповедник за веру, прп. Феодор во многих письмах отстаивает какие-то догматические истины, нравственно-аскетические принципы, но делает это всегда с любовью и состраданием, как сам переживший многие скорби. Такое пастырское богословие прп. Феодора представляет для нас как исторический интерес, поскольку вводит в широкий круг бурной византийской жизни того времени, так и практический, непреходящий. Мы видим, как многие богословские темы и идеи раскрываются прп. Феодором применительно к разным жизненным ситуациям.

Одна из таких тем – соотношение Божественного Промысла, или предведения, и человеческой свободы. Эту тему прп. Феодор затрагивает в одном из писем к византийскому чиновнику спафарию Евдокиму (письмо 527 по изданию Фатуроса, II 193 по Патрологии Миня). Из предыдущих писем к нему прп. Феодора мы узнаём, что Евдоким, как это нередко случалось в Византии, внезапно пережил полное жизненное фиаско – лишился должности, состояния и даже зрения (был ослеплён). Евдоким прежде всегда вёл благочестивую жизнь, много молился в храме и дома, читал священные книги и общался с прп. Феодором. Внезапно постигшее его несчастье стало для него испытанием веры. Зная его прежнюю благочестивую жизнь, прп. Феодор наставлял его разными примерами из Священного Писания, в том числе примером праведного Иова. Стоит отметить, что в отличие от Иова, Евдоким считал, что Бог наказал его за грехи, поэтому и ответы прп. Феодора не производят впечатления наставлений друзей Иова, по-своему оправдывающих Бога. Кроме того, он подчёркивает, что не просто наставляет, а обращается как к другу («впрочем, это сказано мной по дружбе»). Он не отрицает, что Бог может наказывать за грехи, и если сам Евдоким так думает, то это вполне благочестиво, но не стоит этим ограничиваться: как видно из библейских примеров – Авраама, или того же Иова, Бог не только наказывает, но и испытывает веру и добродетель. Даже лишение зрения, пишет прп. Феодор Студит, можно воспринимать как возможность не видеть мирской суеты и углубиться во внутреннего человека.

Однако, в последнем письме Евдоким спрашивал прп. Феодора, а стоит ли вообще молиться Богу, если Бог уже вынес о нём Cвой приговор и жизнь его фактически закончилась. На это прп. Феодор напоминает ему прежде всего известные слова ап. Павла: «Всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за всё благодарите» (1 Фес 5. 16–17). «Если нам заповедано во всякое время и при всяком деле и непрестанно радоваться, благодарить и молиться, то не должно быть никакого времени, неблагоприятного и не назначенного для радости и благодарности истинному христианину» — пишет прп. Феодор.

Но Евдоким ставит вопрос иначе: разум, с одной стороны, побуждает меня к молитве, а с другой стороны – отклоняет, представляя, что Бог знает, о чём мы хотим молиться, и потому излишне было бы молиться; притом, если ты грешник, то нет никакой пользы от молитвы. На это прп. Феодор замечает, что такое утверждение допускает случай и судьбу (τύχη καὶ εἱμαρμένη) и вообще уничтожает свободу воли (αὐτεξούσιον). «Поэтому не должно останавливаться на этом мнении нам, здравомыслящим и обогащенным ведением Бога». Утверждению о том, что грешнику нет смысла молиться, прп. Феодор противопоставляет доводы из Свящ. Писания. Если в Евангелии Господь говорит о радости ангелов даже об одном кающемся грешнике, то как Он не станет слушать их молитвы?

Несколько подробнее прп. Феодор Студит останавливается на вопросе о том, что Бог всё знает наперёд наших молитв. «Божественное предведение» (ἡ θεία πρόγνωσις), пишет прп. Феодор, «не уничтожает свободы». «Ибо не потому, что Он предвидит, мы делаем то, что делаем (οὐχ ὅτι προγινώσκει πράττομεν ἅ πράττομεν), но потому что мы сделаем, Он предвидит (ἀλλ’ὅτι πράξομεν, προγινώσκει)». Эта мысль напоминает слова блж. Августина из его трактата «О граде Божьем»: Бог предвидит, но Он предвидит не ничто, а нечто – значит и предведение существует, и свободный выбор тоже сохраняется (V 10). Так и здесь, прп. Феодор заключает: «При этом сохраняется и определение предведения (καὶ ὁ τῆς προγνώσεως ὅρος), и принцип свободы (καὶ ὁ τοῦ αὐτεξουσίου λόγος)». И далее он эту свою мысль разъясняет, говоря о предшествующем и последующем предведении Бога (обратим особое внимание на эти слова, потому что далее мы именно их проанализируем в контексте предыдущей святоотеческой мысли): «В том, что не зависит от нас, предшествует определение Божие (ὁ τοῦ Θεοῦ ὅρος) относительно времени, места и способа (χρόνος, τόπος καὶ τρόπος); а в том, что зависит от нас, от нашей свободы, предведение Божие последует относительно добродетели и порока» (т. е. выбор добродетели и порока зависят от нас, поэтому предведение Божие следует за этим нашим выбором и в соответствии с ним выстраивает нашу жизнь). И в заключении прп. Феодор пишет: «Поэтому должно нам любить и молиться о лучшем, чтобы через это Бог содействовал нам, но никак не иначе». То есть здесь прп. Феодор придерживается традиционной для православного вероучения идеи о синергии человеческих усилий и благодатной помощи Божией.

В целом представление прп. Феодора Студита о предведении и свободе находится в русле православного понимания этой темы – Бог всё предвидит, но ничего не предопределяет жёстко относительно свободного выбора человека. Тема предведения, промысла Божия и человеческой свободы  рассматривалась в христианской литературе ещё с ранних времён в разных контекстах: в апологетике — в связи с опровержением языческого фатума; в экзегетике – в связи с толкованием соответствующих мест из Посланий ап. Павла, а также ветхозаветных пророчеств, когда надо было показать, что исполнения пророчеств не являются жёстким предопределением Бога. В христианской антропологии она раскрывалась особенно подробно Немесием Эмесским в трактате «О природе человека».

В эпоху, более близкую к прп. Феодору Студиту, эту тему глубоко разрабатывал прп. Максим Исповедник, в богословской системе которого важное место занимало учение о Боге как Творце, Промыслителе и Судии. Особого внимания у прп. Максима Исповедника заслуживает тема предведения Божия, зависящего и не зависящего от нас. Не зависящее от нас предведение Божие прп. Максим называет предопределением (προορισμός). В произведении под названием «Диспут в Визии» (656) описан диалог между прп. Максимом и местным епископом Феодосием, который пришёл навестить его в тюрьме. На вопрос: «как живёшь?» — прп. Максим ответил: «Как предопределил Бог прежде всех веков Своё промыслительное обо мне решение, так и живу». На недоуменный вопрос собеседника — неужели Бог предопределил о нас прежде всех веков — прп. Максим сказал: «Если предуведал, значит и предопределил», явно отсылаясь здесь к Рим 8. 29 («Ибо кого Он предузнал, тем и предопределил быть подобным образу Сына Своего»). И далее пояснил, чем отличаются предведение и предопределение: «Предведение касается зависящих от нас мыслей, слов и дел, а предопределение касается не зависящих от нас событий». Но разве то, что прп. Максим находится в тюрьме — это не результат его собственного выбора? Разве он не сознательно пошёл на конфликт с власть придержащими и в силу этого оказался здесь? Но прп. Максим Исповедник считал, что все внешние события и обстоятельства нашей жизни (например, находиться в тюрьме, в общем то, что Феодор Студит называл χρόνος, τόπος καὶ τρόπος) — зависят не от нас, но от Бога, Который предопределил эти обстоятельства от вечности. Но предопределил Он их потому, что предузнал (или предуведал) наш выбор между добродетелью и пороком. От нас зависит только этот свободный выбор, в соответствии с которым Бог определяет наши жизненные обстоятельства: «От нас зависит всё добровольное, а именно добродетели и пороки, а не зависит от нас — подвержение нас разного рода наказаниям или, наоборот, наградам. Так, от нас не зависят ни болезнь, ни здоровье, но производящие их причины зависят от нас. Например, невоздержание — причина болезни, а воздержание — здоровья, или соблюдение заповедей — причина Царствия Небесного, а преступление их — огня вечного». При этом Бог, по Максиму Исповеднику, использует то, что не зависит от нас, для исправления зависящих от нас пороков и для облегчения совершения зависящих от нас добродетелей. 

Наконец, в систематическом виде тема предведения Бога представлена у прп. Иоанна Дамаскина в «Точном изложении православной веры» и в трактате «Против манихеев». Подобно прп. Максиму Исповеднику, он учит о зависящем и не зависящем от нас предведении Божием. Так, в главе «О предведении и о предопределении» прп. Иоанн Дамаскин пишет: «Должно знать, что Бог всё наперед знает, но не всё предопределяет. Ибо Он наперёд знает то, что в нашей власти, но не предопределяет этого». Напротив, не зависящее от нас предвечно предопределено в соответствии с Божием предведением о зависящем от нас.

Прп. Феодор Студит, таким образом, пишет в русле предшествовавшего ему византийского богословия о Божественном предведении, зависящем и не зависящем от нас, применяя в пастырской практике идеи св. отцов, близких ему по времени, хотя эти идеи и восходят к более ранним временам, став ко времени Феодора Студита неотъемлемой частью православного предания.

Научный сотрудник Синодальной библиотеки
М. В. Никифоров